Истина рядом

«Это они, Чеченцы, возмущают весь Кавказ. Проклятое племя! Общество у них не так многолюдно, но чрезвычайно умножилось в последние несколько лет, ибо принимает к себе дружественных злодеев всех прочих народов, оставляющих землю свою после совершения каких-либо преступлений. И не только. Даже наши солдаты бегут именно в Чечню. Их привлекает туда совершенное равноправие и равенство Чеченцев, не признающих в своей среде никакой власти. Эти разбойники принимают наших солдат с распростёртыми объятиями! Так что Чечню можно назвать гнездом всех разбойников и притоном наших беглых солдат. Я этим мошенникам предъявлял ультиматум: выдать беглых солдат или мщение будет ужасным. Нет, не выдали ни одного солдата! Приходилось истреблять их аулы. Сего народа, конечно, нет под солнцем ни гнуснее, ни коварнее. У них даже чумы не бывает! Я не успокоюсь до тех пор, пока своими глазами не увижу скелет последнего Чеченца…»

«Ниже по течению Терека живут Чеченцы, самые злейшие из разбойников, нападающие на линию. Общество их весьма малолюдно, но чрезвычайно умножилось в последние несколько лет, ибо принимались дружественно злодеи всех прочих народов, оставляющие землю свою по каким-либо преступлениям. Здесь находили они сообщников, тотчас готовых или отмстить за них, или участвовать в разбоях, а они служили им верными проводниками в землях, им самим не знакомых. Чечню можно справедливо назвать гнездом всех разбойников».

— Записки 1816–1826 гг., когда Ермолов был командующим Кавказским корпусом и главнокомандующим в Грузии во время Кавказской войны.

«Я видел много народов, но таких непокорных и неподдающихся, как Чеченцы, на земле не существует, и путь к завоеванию Кавказа лежит через покорение Чеченцев, а точнее, через полное их уничтожение».

«Государь!.. Горские народы примером независимости своей в самых подданных Вашего Императорского Величества порождают дух мятежный и любовь к независимости».

— из рапорта А. Ермолова императору Александру I, 12 февраля 1819 г.

«Чеченцы — сильнейший народ и опаснейший…»

— Ермолов.

«Так же невозможно покорить Чеченцев, как сгладить Кавказ. Кто кроме нас сможет похвастаться, что видел Вечную войну?»

— 1826 год.

«Племя, которое я изучал больше чем другие племена, и которое по своей цельности и жизнеспособности заслуживает большего интереса».

«Чеченцы, как мужчины, так и женщины, чрезвычайно красивый народ. Они высоки ростом, очень стройны, физиономия их, в особенности глаза, выразительна. В движениях Чеченцы проворны, ловки, по характеру они все очень впечатлительны, веселы и остроумны, за что их называют французами Кавказа. Но в то же время подозрительны, вспыльчивы, вероломны, коварны, мстительны. Когда они стремятся к цели, для них все средства хороши. Вместе с тем Чеченцы неукротимы, необыкновенно выносливы, храбры в нападении, ловки в защите».

— Берже.

«…Чеченцы не жгли домов, не топтали умышленно нив, не ломали виноградников. "Зачем уничтожать дар божий и труд человека", — говорили они… И это правило горского "разбойника" есть доблесть, которой могли бы гордиться народы самые образованные, если бы они имели её…»

— из «Письма доктору Эрману».

«Чеченцев, как своих врагов, мы старались всеми мерами уничтожить и даже их достоинства обращать в недостатки. Мы их считали народом до крайности непостоянным, легковерным, коварным и вероломным потому, что они не хотели исполнять наших требований, несообразных с их понятиями, нравами, обычаями и образом жизни. Мы их так порочили потому только, что они не хотели плясать под нашу дудку, звуки которой были для них слишком жестки и оглушительны…»

«Кто-то справедливо заметил, что в типе Чеченца, в его нравственном облике есть нечто, напоминающее Волка. Лев и Орёл изображают силу, те идут на слабого, а Волк идёт на более сильного, нежели сам, заменяя в последнем случае всё — безграничной дерзостью, отвагою и ловкостью. И раз попадёт он в беду безысходную, то умирает уже молча, не выражая ни страха, ни боли, ни стона».

— XIX век.